Приняты новые поправки в «антиотмывочный» закон

Что изменится после вступления закона в силу?

До недавнего времени банки отправляли в Росфинмониторинг отчеты по операциям с наличными в двух случаях:

  • деньги снимались или зачислялись на счет для нужд, не связанных напрямую с деятельностью компании;
  • сумма операции превышала 600 тыс. руб.

В новой версии закона про хозяйственную деятельность речь и вовсе не идет. То есть, теперь банкам придется отчитываться перед Росфинмониторингом за любые действия с наличными, если сумма операции превышает установленный законом лимит. Под контроль попадают внесение выручки на р/с, снятие денег для выплаты заработной платы или оплаты командировок и многое другое. 

Законодатели предусмотрели и другие изменения:

С 1 марта 2022 года банки будут сообщать не только об операциях с наличными, но и любых сопутствующих действиях клиента, бенефициарах денежных переводов или сделок. Под действие закона попадают юридические лица, МФО, страховые организации, владельцы ломбардов и инвестиционных платформ, профессиональные участники рынков ценных бумаг и иные организации.
Отслеживать предполагается и почтовые переводы свыше 100 тыс. руб

(либо эквивалент в валюте иных государств).
Усиливается контроль операций со счетами иностранных структур без образования юридического лица (сейчас же подобная мера действует исключительно в отношении юрлиц).
Особое внимание уделяется выплатам страхового возмещения в адрес юрлица, получение от компаний страховых премий.
Планируется контролировать и сделки с недвижимостью (с любой формой оплаты), если их сумма превышает 3 млн руб. Исключение возможно для государственных корпораций, ТСЖ, потребкооперативов, а также некоторых НКО.

Зато информировать об обмене денег (например, размен крупных купюр или, наоборот, обмен мелких на крупные) не нужно – этот пункт исключен из текста закона, равно как и переводы некредитным организациям. 

Что такое антиотмывочный закон?

Он был принят ещё в 2011 году. К моменту написания этой статьи, к весне 2018 года он изменился 52 раза. В сторону ужесточения.

Для чего нужен 115 закон?

Закон нужен для того, чтобы не допустить легализации доходов, полученных с помощью преступлений. Приведём пару примеров:

  • группа лиц продаёт наркотики. Они получают деньги наличностью. На эти наличные деньги они запускают легальный бизнес, например, покупают сеть автозаправок, открывают рестораны и т.д. Легальность бизнеса легализует деньги, полученные от продажи наркотиков;
  • человек создал и контролирует сеть обнальных фирм-однодневок, с помощью которых предприниматели укрывают от государства часть налогов. За эти услуги предприниматели платят владельцу обнальной сети вознаграждение, он покупает квартиру. Это тоже легализация.

«Антиотмывочный» закон нужен, чтобы такого, как в примерах выше, не происходило.

Как это работает?

Закон обязал банки и другие финансовые организации анализировать денежные операции своих клиентов и следить, чтобы не было чего-то нехорошего. В этой работе коммерческие банки пользуются указаниями Центробанка, например, Признаками, указывающими на необычный характер сделки. Подобных документов у Центробанка много.

Банки должны обратить внимание на денежную операцию, если:

  • сделка очень запутанна, и складывается впечатление, что её участники хотят, чтобы банк не понял, что к чему;
  • сделка не имеет деловой цели (например, покупатель покупает товар по явно завышенной цене);
  • зачисляется крупная сумма денег на счета физических лиц при том, что эти физические лица снимают эти деньги наличными;

Центробанк разработал большое количество подобных признаков. Коммерческие банка обязаны использовать их в работе.

Есть методические рекомендации ЦБ РФ №18-МР от 21.07.2017

В них содержатся признаки операций, на которых коммерческие банки должны обращать внимание. Среди этих признаков есть и такой:

выдача со счетов физических лиц, в том числе со счетов, предусматривающих осуществление операций с использованием платежных карт.

Если трактовать это буквально, то любая выдача человеку его денег с его счёта может быть отмыванием средств, полученных преступным путём или финансированием терроризма.

Что думают про изменения эксперты?

Деловое сообщество пока что высказывается осторожно. Так, член генсовета «Деловой России» Павел Гагарин заявил, что проблема незаконных операций, связанных с обналичиванием, в нашей стране стоит достаточно остро

Однако новая редакция закона может доставить проблем честным предпринимателям. В частности, наверняка увеличится объем документов, необходимых для обоснования банковских операций, а также возрастет число блокировок счетов в случае малейших подозрений.

Председатель комитета «Опоры России» по финансовым рынкам Павел Самиев, наоборот, отмечает снижение популярности «теневых» схем за последние годы, а принятые поправки считает важными и своевременными. Во всем мире, по его мнению, происходит ужесточение «антиотмывочных» законов, поэтому России не нужно отставать от общих тенденций. 

Важно, чтобы банки в рамках этого нормативного документа не только передавали информацию, но и активно работали с предпринимателями, разъясняя им причины появления подозрений в том или ином случае. По мнению эксперта, нужно досконально разбираться в каждой неоднозначной операции, чтобы исключить блокировку честных бизнесменов. . Советник бизнес-омбудсмена при президенте РФ Антон Свириденко и вовсе искреннее не понимает, почему принятые поправки кому-то кажутся избыточными, ведь они изначально выстроены в соответствии с рекомендациями ФАТФ

Политик предлагает считать их дополнительной точкой контроля, которая позволит выявить «нелегальные деньги» и попытки легализовать теневые доходы

Советник бизнес-омбудсмена при президенте РФ Антон Свириденко и вовсе искреннее не понимает, почему принятые поправки кому-то кажутся избыточными, ведь они изначально выстроены в соответствии с рекомендациями ФАТФ. Политик предлагает считать их дополнительной точкой контроля, которая позволит выявить «нелегальные деньги» и попытки легализовать теневые доходы.

На что пристально посмотрят

Банки должны обратить внимание на денежную операцию, если:

  • сделка очень запутанна, и складывается впечатление, что её участники хотят, чтобы банк не понял, что к чему
  • сделка не имеет деловой цели (например, покупатель покупает товар по явно завышенной цене)
  • зачисляется крупная сумма денег на счета физических лиц при том, что эти физические лица снимают эти деньги наличными

Портал urburo1 в опубликованной авторской статье, анализирующей работу этого закона, констатирует и резюмирует:

«В методических рекомендациях, (наштампованных ЦБ РФ – авт.), содержатся признаки операций, на которых коммерческие банки должны обращать внимание. Среди этих признаков есть и такой:. – выдача со счетов физических лиц, в том числе со счетов, предусматривающих осуществление операций с использованием платежных карт

– выдача со счетов физических лиц, в том числе со счетов, предусматривающих осуществление операций с использованием платежных карт.

Если трактовать это буквально, то любая выдача человеку его денег с его счёта может быть отмыванием средств, полученных преступным путём или финансированием терроризма.

Антиотмывочный» закон №115-ФЗ вынудил коммерческие банки превратиться в следственные отделы. Банки, повинуясь закону и требованиям ЦБ РФ, … вынуждены контролировать и анализировать движение денег по счетам клиентов».

FATF: «Мало огня»!

В 2019 году «Коммерсант» в отчёте о результатах очередной, XV ежегодной конференции «Регулирование деятельности кредитных организаций Банком России» писал:

«…Заместитель директора Росфинмониторинга Павел Ливадный сообщил об итогах проверки России FATF (межправительственная группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег). Он отметил, что сам отчёт будет опубликован только в декабре, но уже сейчас можно говорить о высоком уровне соответствия, на который указали в FATF. По его словам, лишь восемь стран FATF имеют столь же высокую оценку.

Однако есть ряд моментов, которые были отмечены как замечания.

По словам Павла Ливадного, в FATF указали на необходимость выявления банками среди своих клиентов «политически значимых лиц», то есть тех, кто может быть задействован в различных коррупционных схемах в связи с высокими рисками таких схем в стране.

Кроме того, FATF отметила недостаточное качество работы банков по выявлению бенефициаров компаний – банковских клиентов, неиспользование альтернативных ЕГРЮЛ источников информации, излишнее доверие представленной клиентам информации о бенефициарах.

Как пояснил Павел Ливадный,

«подход ЦБ в сфере противодействия отмыванию доходов и финансированию терроризма был признан излишне либеральным». Напомню, это произошло в 2019 году.

В частности, FATF раскритиковала мегарегулятора за отход от выездных проверок кредитных организаций в пользу камеральных. Кроме того, было рекомендовано выделить отдельным пунктом в проверках банков соответствие ими сфере ПОД/ФТ.

По словам господина Ливадного, после официальной публикации документа FATF будет проработана «дорожная карта» по устранению недостатков, которая будет реализовываться уже в следующем году».

Вот после этих отмеченных «Ъ» телодвижений в уходящем году был принят ряд поправок в утверждённый ещё десять лет назад «антиотмывочный» закон, признанный FATF «излишне либеральным».

Какие проблемы решают данные поправки?

Отчет Росфинмониторинга за 2019 год демонстрирует снижение объемов обналичивания средств: если еще несколько лет этот показатель достигал 1,2 трлн руб., то в 2019 году сумма снизилась до 326 млрд руб. Законодатели уверены, что что большая часть наличных денег выводится по «серым» схемам. Вывести бизнес из тени — вот главная задача новых поправок, по мнению председателя комитета ГД по финансовому рынку Анатолия Аксакова.

Политик уверен, что улучшение механизмов контроля, приведение их к общемировой практике позволит оперативно получать информацию не только о разовых операциях, но и «подозрительной совокупности» подобных финансовых процедур. При этом в Госдуме считают, что честным предпринимателям, ведущим «прозрачный бизнес», бояться изменений не стоит.

Аксаков также подчеркнул, что государство не ставит знак равенства между подозрительными операциями и теми, что попадают под контроль. Причиной блокировки снятие крупной суммы наличных не станет, если банк или контролирующие органы не заподозрят отмывание доходов или финансирование террористических организаций. А чтобы этого не произошло, чиновник рекомендует плотнее общаться с банком и при необходимости предоставлять финансовому учреждению обоснования любых операций с наличностью.

Ужесточились правила по операциям с наличными

В соответствии с новыми поправками снятие более 600 тысяч рублей наличных денежных средств или их зачисление на банковский счет юрлица будет тщательно контролироваться. При этом характер деятельности организации учитываться не будет

Обратите внимание, что физические лица данное нововведение не затронет

Раньше банковским сотрудникам необходимо было проверять каждую денежную операцию свыше 600 тысяч рублей на предмет соответствия характеру деятельности юрлица. Если в ходе проверки обнаруживалось несоответствие, необходимо было сообщить об этом в Росфинмониторинг. По заявлению ЦБ цель новых поправок – «снизить нагрузку на финансовые институты при информировании финансовой разведки об операциях, подлежащих обязательному контролю». В связи с этим есть предположения, что процесс отправки данных в Росфинмониторинг о денежных операциях будет автоматизирован.

Кроме того, в Росфинмониториге заверили, что новые поправки не повлекут изменений в отношениях между банками и другими уполномоченными организациями и юридическими и физическими лицами.

При этом многие отмечают, что у банков может значительно увеличиться объем отчетности, что приведет к тому, что им придется заниматься по большей степени отчетами. Это, в свою очередь, может снизить контроль над сомнительными операциями и увеличить риски блокировки счетов.

Что могут сделать банки, если решат, что операция «нехорошая»?

  • Затребовать пояснения по операции;
  • отключить доступ к интернет-банку;
  • отказать в выдаче наличных или переводе денег по безналичному расчёту;
  • заблокировать карту;
  • отказать в открытии нового счёта или перевыпуске карты.

На практике действует правило: сначала блокируем, потому разбираемся, что к чему. Что будет делать человек с заблокированной картой, если на ней все его деньги, никого не волнует.

Конечно, закон не работает идеально. Он сложен для понимания и применения. Случается, что сотрудники банков понимают его неверно.

Примеры ошибок в реализации «антиотмывочного» закона

Пример 1. Человек заплатил с кредитной карты за спортивную секцию дочери. Сумма оплаты — 3280 рублей. Получатель денег — Департамент финансов г.Москвы. Назначение платежа «Оплата за ».

Платёж проводился с кредитной карты Почта Банка, которому операция не понравилась. Банк запросил пояснения — а кто выгодоприобретатель ? Чем закончится история, пока неизвестно.

Пример 2. Человек организовывал совместные покупки: принимал заказы на вещи из магазина, ехал и покупал их. Оплату принимал на свою карту Сбербанка.

Однажды Сбербанк заблокировал карту, потому что счёл операции подозрительными. Банку показалось странным, что множество людей переводят деньги человеку на карту. Но ведь никакого преступления и никакого, тем более, терроризма, в этих действиях не было.

Пример 3. Человек решил купить квартиру на честно и законно заработанные деньги, которые «раскиданы» по разным банкам. За несколько дней до сделки он переводит все деньги в Сбербанк. Покупатель написал заявление на обналичивание этих средств. Никаких возражений со стороны Сбербанка не было.

За два дня до сделки сотрудник банка просит документы, «доказывающие взаимоотношения». Какие это документы, сотрудник сказать не может. Ссылаясь на то, что это формулировка службы безопасности, которую служба никак не пояснила. Покупатель присылает сканы справки 2-НДФЛ, банк доволен.

Но за день до сделки банк заблокировал счёт с деньгами, основываясь на «антиотмывочном» законе.

Покупатель мчится в банк выяснять, что к чему. Выяснилось, что банку нужен был предварительный договор купли-продажи квартиры. В результате снятие средств было всё же одобрено, блокировка снята, но сделку по покупке квартиры пришлось переносить.

Таких примеров много.

Нас убеждают: честных это не коснётся

В поправках «антиотмывочному» закону, принятых в июле этого года, отмечено:

  • обязательному контролю подлежат почтовые переводы от 100 тысяч рублей, в том числе сделанные в иностранной валюте, если рублёвый эквивалент перевода превышает эту сумму.
  • банки будут обязаны контролировать все расчеты по сделкам с недвижимостью на сумму 3 миллиона рублей и более. Речь идет о контроле как безналичных расчетов, так и наличных, когда деньги кладутся в банковскую ячейку. По идее, возможность мухлевать с налогами, занижая на бумаге стоимость сделки, таким образом уйдёт в небытие.
  • ужесточаются также требования к переводам и снятию денег в банкоматах.
  • будут следить и за возвратом неиспользованного остатка, внесенного в качестве аванса за услуги связи на сумму 100 тысяч рублей и более. То есть можно легко оказаться «взятым на карандаш», если вы решите рассчитываться с кем бы то ни было через счёт телефона.
  • под контроль попадут также снятие со счета организации или зачисление на него наличных на сумму от 600 тысяч рублей.

Нам говорят: не нарушайте, и «блистающий меч правосудия не сверкнёт над вами красным лучом». Может и так, хотя… Всё же сомнительно.

Руководитель практики уголовно-правовой защиты бизнеса Bryan Cave Leighton Paisner в России Антон Гусев на портале BFM.ru так анализирует грядущие изменения:

«По поводу бизнеса – риски, скорее всего, возникнут, потому что теперь возложили на банки функцию, по сути, контроля – куда снимаются расходно-денежные средства. Следующим шагом, скорее всего, будет какая-то ответственность за сообщение недостоверных сведений банку. Скорее всего, увеличится количество как проверок налоговыми органами, так и правоохранительными органами различного рода сделок, то есть появятся дополнительные основания правоохранительных органов для проверок».

Вот только новых, расширенных прав у наших налоговых и правоохранительных органов и не хватает! Ну вот я весь честный и хочу по-честному снять четыре миллиона наличными со своего счёта – этого требует партнёр по бизнесу, так ему нужно. С моей точки зрения – это его право. С моей же точки зрения – это и моё право. С точки зрения банка (с новой, узаконенной точки зрения) такая сделка попахивает сомнительностью. Банк начинает разбираться, об этом узнают налоговая, полицейские, ФСБ, ГРУ, Минфин – кто там ещё? Я собираю чемодан документов и начинаю бегать по всем этим уважаемым организациям, доказывая, что не верблюд. Мой деловой партнёр, подождав, узнаёт обо всём этом шевелении. Посылает меня куда подальше и даже заявляет кому следует, что он не имеет никакого от ношения к происходящему, а я лишь пытаюсь прицепить его к своим сомнительным схемам.

Результат: сделка сорвана, одним партнёром по бизнесу стало меньше (а может, и другие, узнав о том, что со мной проблематично, предпочтут «слиться»), я в лучшем случае с нервным расстройством, в худшем – в дурдоме. Утрированно? Может быть. Вскоре убедимся…

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwittervKontakte
Напишите комментарий